Воинам Рязанцам, защищавших Сталинград

Нас познакомил интернет  / Стр.3

  • Стр.1 / Стр.2 / Стр.3 / Стр.4 /
  • СПАСИБО ВСЕМ НЕРАВНОДУШНЫМ К ИСТОРИИ СТРАНЫ, К ЕЁ ГЕРОЯМ, КТО ИЩЕТ ДРУЗЕЙ, НЕ ЛЕНИВ В ПОИСКЕ, КТО ДЕЛИТСЯ ИНФОРМАЦИЕЙ, КТО ЛЮБИТ ЗАДАВАТЬ ВОПРОСЫ И КТО ЛЮБИТ ИСКАТЬ ОТВЕТЫ, КТО УМЕЕТ ДРУЖИТЬ И ВЕРНОЙ ДРУЖБОЙ ДОРОЖИТЬ. Спасибо вам всем, что вы у меня есть, благодаря Интернету; спасибо всем, кому интересны мои работы; всем, кто реально помогает; всем, кто умеет слышать людей старших поколений и умеет с ними дружить. Вот тогда ощущаешь, что мы единый народ. Вот тогда понимаешь, что есть преемники твоего дела. Вот тогда ты живёшь полноценно и счастливо. А ведь в любом возрасте не хочется жить впустую.  

    ПЕРВЫЙ ЖУРАВЛИК ИЗ РЯЗАНИ.


    Мамаев курган. Город-герой Волгоград (Сталинград)

    Так я зову Наташу Журавлёву. 28 сентября 2011 года пол двенадцатого дня я на прощанье помахала Наташе из своего окошка. В 2.30 минут этого же дня была у здания администрации Кировского района. В этот день вышла газета «Городские вести Кировского района» с моей статьёй о Нине Васильевне Ястребовой (Сарафановой). Газеты в свободной раскладке находятся в вестибюле  администрации. Я взяла газеты для Ястребовой и для себя. Очень хотелось её порадовать, но в пятницу 30 сентября весь день лил дождь. В субботу 1 ноября 2011 года с утра еду к ней в гости. Статья была неожиданным подарком для хозяйки. Она же мне тоже сделала подарки. Спасибо за всё. Отдельное спасибо за три книги о войне. Скажу честно, книгу В. И. Чуйкова, Маршала Советского Союза «Закалялась молодость в боях» (Москва, «Молодая гвардия», изд. 3-е доп., 1978) раньше не читала. Меня заинтересовала глава «Герои высшего подвига». Позвольте познакомить вас с двумя выдержками из этой книги.

                                                Первая (с. с. 240-244) – бои в сентябре 1942:

    «… 12 сентября я вступил в командование 62-й армией. Все части армии после 50-дневных непрерывных боёв сильно поредели. 14 сентября противник врезался в город. Бои идут на Мамаевом кургане и у центрального вокзала. В резерве армии только одна тяжёлая танковая бригада в составе 19 машин под командованием Бубнова и комиссара Калустова. Фронт обороны  армии растянут почти на 50 километров. Решением Ставки Верховного Главнокомандования армии придаётся 13-я гвардейская стрелковая дивизия     Генерала Родимцева. Но она ещё на подходе, на левом берегу Волги. Нам необходимо продержаться на правом берегу минимум сутки, чтобы 13-я гвардейская дивизия, хотя бы частично, переправилась в Сталинград. Создалась явная угроза немецкого прорыва к Волге на широком фронте. Чтобы отбить наступление немцев, пришлось решиться на использование последнего резерва, перебросить к вокзалу и домам, где противник имел наибольший успех, один батальон тяжёлых танков в составе 9 машин КВ из 19. Этот-то батальон танков с ротой охраны штаба армии и штабных офицеров более суток вёл ожесточённые бои с превосходящими силами противника, тем самым, обеспечив в ночь и днём 15 сентября переправу двух полков дивизии Родимцева. Тот танковый батальон бригады Бубнова и Калустова был в основном комсомольским. Перед контратакой коммунисты и комсомольцы бригады приняли обращение ко всем танкистам. В нём говорилось: «Дорогие друзья! Родина приказала нам отстоять Сталинград, народ призывает нас жестоко и беспощадно мстить врагу за истоптанную русскую землю, за разрушенные города и села,… Герои царицынской эпопеи призывают нас, невзирая на жертвы и лишения, отстоять Сталинград. Это они, ветераны героической обороны Царицына, пишут нам: «Не отдавайте врагу наш любимый город, бейтесь так, чтобы слава о вас гремела в веках. И мы выполним этот приказ». Я приведу лишь один пример, как танкисты держали клятву. Восемь фашистских машин атаковали советский танк КВ, которым командовал Хасан Алибеков. Он принял неравный бой и подбил четыре машины врага. На помощь гитлеровцам подошло подкрепление, и танк Алибекова был подожжён термитным снарядом. Вражеские автоматчики поджидали, когда экипаж покинет пылающую машину. Но советские танкисты решили сражаться до последнего. Накалилась броня, дым и пламя проникли в боевое отделение, но экипаж продолжал сражаться. Дежурный радист части услышал в наушниках знакомый голос Алибекова: «Прощайте, товарищи, и не забывайте нас». А потом в эфире послышалась песня «Вставай, страна огромная, вставай на смертный бой». Пели четверо: Хасан Алибеков, Андрей Тарабанов, Сергей Феденко и Василий Мушилов…

    Вечером 15 сентября в районе вокзала вступил в бой батальон 42-го гвардейского полка под командованием Червякова, только что прибывшего с левого берега Волги. Рота старшего лейтенанта Драгана контратакой отбросила фашистов и овладела вокзалом полностью. Тот горел. Из пылающего здания наши бойцы отбивали атаки врага. Наступило утро. Фашистские пикировщики с рассветом начали сбрасывать на вокзальные здания сотни бомб. Рушились стены, но в дыму и в огне люди продолжали сражаться. До самого вечера шёл бой, но вокзал оставался в наших руках. Фашисты предприняли обход. У знаменитого фонтана на привокзальной площади, украшенного скульптурной композицией ведущих хоровод детей, вдоль железнодорожного полотна завязалась жаркая схватка. Затем бой разгорается в угловом здании площади, которое получило название «гвоздильного завода». В нём до этого накапливались немцы. Дружной атакой рота овладела этим зданием, но не полностью. Внутри здания завязался рукопашный бой. Командир батальона старший лейтенант Червяков ранен. Командование батальоном берёт на себя старший лейтенант Федосеев. Фашисты сжимали батальон с трёх сторон. В «гвоздильном заводе» бой то нарастал, то затихал. О еде и сне никто не думал. Страшнее всего была жажда. В поисках воды, в первую очередь для пулемётов, простреливали водопроводные трубы, откуда каплями сочилась вода. К рассвету 17-го фашисты подтянули резервы, в атаку пошли рота за ротой. Удержать такой натиск было очень трудно. Комбат Федосеев посылает в «гвоздильный завод» последний резерв – роту младшего лейтенанта Коллеганова. В донесении комбату о прибытии Коллеганов пишет: «Прибыл в «гвоздильный завод» в составе двадцати человек. Положение тяжёлое, но, пока жив, никакая сволочь не пройдёт». Жестокий бой продолжался и после наступления темноты. В ночь на 18 сентября специальная группа гвардейцев-добровольцев ушла с задачей проникнуть в расположение противника и там действовать в одиночку. Вскоре в тылу гитлеровцев поднялась тревога, фашисты не могли понять, кто подорвал машину, кто вывел из строя радиостанцию, артиллерийские расчёты…

    С утра до полудня над городом висели сотни вражеских самолётов, сыпавших зажигательные бомбы. Во второй половине дня количество самолётов уменьшилось, но артиллерийско-миномётный обстрел усилился. В ночь на 19 сентября фашисты взорвали стену, разделяющую цехи «гвоздильного завода». В ход пущены гранаты. Тяжело ранен младший лейтенант Коллеганов, его с трудом выносят на берег Волги. Связь с командиром батальона порвалась. В ночь на 20 сентября на «гвоздильный» прорвались бойцы миномётной роты батальона под командованием старшего лейтенанта Заводина. Вслед за ними пришли сталинградки Мария Вединеева и её подруга Лиза. Они сообщили, что немцы готовят танковую атаку. Несмотря на тяжелейшую обстановку, бой длился весь день 20 сентября. Мы сумели восстановить связь с командиром и штабом батальона, которые находились в универмаге.

    День 21 сентября был особенно тяжёлым для батальона, который имел уже большие потери. Штаб его с командиром тов. Федосеевым был отсечён от «гвоздильного». В универмаг ворвались немцы. Работники штаба и часть подразделения вступили в рукопашный бой. Эта небольшая группа во главе со своим командиром сражалась до последнего патрона. Погибли все до одного, отдав свои жизни. Говорили, что сам Федосеев, тяжело раненый, был захвачен в плен. На допросе молчал и был расстрелян фашистами. После гибели командира и его штаба командование батальона принял А. Драган. Связи с соседними подразделениями он уже не имел. Снабжение боеприпасами также прекратилось. На учёт были взяты все патроны. Подобрали подсумки и патронташи убитых.

    В ночь на 24 сентября батальон действовал самостоятельно. Немцы стремились окружить его со всех сторон. Остаткам батальона пришлось отходить, занимая одно здание за другим, превращая их в оборонительные узлы. На перекрёстке Краснопитерской и Комсомольской улиц заняли угловой трёхэтажный дом, который стал последним оборонительным пунктом батальона. Были забаррикадированы все выходы, окна превращены в бойницы. В полуподвале был установлен единственный станковый пулемёт с последней пулемётной лентой. На чердаке и на третьем этаже были подготовлены груды кирпича, чтобы сбрасывать на атакующих фашистов. В подвале оборудовали место для тяжелораненых. Вначале гарнизон состоял из 40 человек. На пятые сутки осталось только 19. Полуподвал был забит ранеными. После каждой отбитой атаки казалось, что нет уже сил отразить следующую. Но когда фашисты шли в атаку, то находились силы. Назло фашистам над домом реял красный флаг. Атаки врага уже отбивались главным образом кирпичами с чердака. Защитники лишь изредка стреляли и бросали гранаты. Груды фашистских трупов устилали улицу. Вскоре из-за угла соседнего квартала выползли немецкие танки. Они открыли огонь по дому прямой наводкой. После нескольких залпов дом рухнул, накрыв в полуподвале всех защитников. Они оказались заживо погребёнными. Едкая кирпичная пыль висела в воздухе. Оставшиеся в живых гвардейцы начали разбирать завал. Работали, молча, дышать было трудно, но стонов и жалоб не было. Через несколько часов в выемке блеснули звёзды и начал вливаться свежий воздух. Фашистов вблизи не было. Решили пробиваться к Волге, к своим.

    На условиях обмена: фиксаторы осанки; Йога для беременных; Отдых в Коктебеле – Отель Лилия; Самый богатый человек в Вавилоне; Независимый автоэксперт; Кофейня Малетон, свежие и бодрящие кофеные напитки;